"Музей одного солдата" и национальное примирение

другое

любой возраст

У нас в Пензе есть знаменитый на всю Россию "Музей одной картины". Отсюда как-то само-собой родилось название и для этого проекта

Война у каждого была своя. И каждая семья имеет право на свое понимание войны.

Мне, например, очень не нравится, что у нас стали стыдится некоторых локальных войн. Например, Венгрия 1956 года. Да мятеж, да подавили. Но копнешь историю чуть глубже - оказывается не все так одназначно.

Тот же Имре Надь – не тянет он на героя. Бросил 15-и летних будапештских гимназистов под гусеницы наших танков, а сам спрятался в югославском посольстве. Очень это напоминает совсем недавнее наше российское прошлое.

Наши солдаты тогда выполняли свой воинский долг, оставались верными воинской присяге.

В Венгрии в 56-м погиб наш земляк Юрий Бурмистров, посмертно удостоенный звания Героя Советского Союза. Его именем названа улица и школа. Хотел посмотреть что там в школе – сайт не работает…

Я не вижу ни малейшего основания стыдиться за своего дядю, хотя по нынешним меркам он участвовал, в мягко говоря, сомнительных войнах - cоветско-польской 1939 года и финской 1939-40 гг..

Рассказывать о нем было непросто – еще в молодости мне отбили охоту. Когда, помню, в одной компании московских студентов попытался что-то рассказать о финской и про участие в ней моего дяди, меня снисходительно похлопали по плечу:  «Сынок, это все вранье и коммунистическая пропагангда! В Финляндии не бывает таких морозов!»

И я тогда ничего не смог возразить – климат в Финляндии действительно мягкий. Но когда делал музей, обнаружил и Интернете дневник командующего 2-го армейского корпуса финской армии генерал-лейтенанта Х.Эквиста, где по дням записаны метеоусловия на Карельском перешейке. Оказывается, зима 39-40 действительно была необычайно морозной – такой не было аж с 1828 года. Морозы действительно доходили до – 43-х градусов. Знал бы я это раньше…

 У нас акцент слишком смещен на Отечественную войну.

Но надо помнить и о тех, кто перед войной отодвинул границу на запад, тех, ценой, чьих жизней РККА перед Отечественной училась воевать.

То же самое и с Гражданской войной.

Пора бы уже примириться, перестать делиться на «белых» и «красных» а стать просто гражданами России. как это сделали в США и Испании.

В США во время Второй мировой войны даже танки называли попарно именами генералов Юга и Севера:

«Ли» - «Грант»

«Стюарт» - «Шерман»

В книге С. Данилова «Гражданская война и общенациональное примирение» приводятся любопытные факты: в США примирение произошло уже в 1870 году, т.е. через пять лет, в Испании строительство монумента «Долина павших» началось уже в 1940 году, закончилось в 1959.

В России разборки идут до сих пор.

И к ним подключаются участники новых войн.

 

РФ, СНГ

Граждане РФ, СНГ, наши соотечественники и диаспоры за рубежом

Практически никаких вещей от дяди не осталось. Только летный шлем (перед тем, как стать корреспондентом «Красной звезды» он служил в агитационной эскадрилье имени М. Горького), три книги и совсем немного фотографий. Ордена в то время семья не передавали.

Пришлось материалы искать в Интернете. Но по финской, тем более по польской войнам фотографий практически нет. Выручили военно-историчские клубы. Как оказалось, современная наша и финская молодежь очень даже дружит – регулярно собирается на границе и устраивает реконструкции сражений «зимней войны» - есть множество фото в Интернете. Правда, фотографии исключительно цветные и отличного качества, поэтому мы с сыном их искусственно «старили» - получалось очень здорово. Так потихоньку и сделали семейный музей. Потом выиграли грант в 5 тыс. рублей, выпустили небольшой альбом в 50 экземпляров под названием «Три войны Александра Полякова», сделали модели танков «КВ» и много других моделей военной техники.

Опять как-то само собой пришла идея к 100-летию дяди провести конкурс среди пензенских журналистов. Провели. А в мае этого года провели конкурс во второй раз, и теперь он будет ежегодным.

Повышение интереса к семейной истории, как следствие - повышение интереса к истории Отечества.

5 тысяч рублей - грант Пензенского фонда "Гражданский Союз"
5 тыс. - премии журналистам
Сколько потратили своих денег - не считали.

Проект был осуществлен в Пензе в 2008 году.
В ходе выполнения проект был расширен - проведен также конкурс среди журналистов.
В этом году конкурс прошел во второй раз.

Газета "Красная Звезда" от 8.10.2008
http://www.redstar.ru/2008/10/08_10/4_02.html

Три войны Александра Полякова


Подготовил Виталий СКРИЖАЛИН, «Красная звезда». Фото из семейного архива Поляковых-Арзамасцевых.

На днях пришло письмо от восьмиклассника пензенской средней школы № 24 Олега Арзамасцева, внучатого племянника фронтового корреспондента «Красной звезды» батальонного комиссара Александра Полякова, с рассказом о своем двоюродном деде. Письмо мы тут же поставили в номер на 26 сентября – в традиционную пятничную подборку, ибо медлить было нельзя: буквально на следующий день исполнялось 100 лет со дня рождения Александра Филатовича. Послание, однако, пришло с весьма объемным приложением. Подготовить его к печати с ходу, к юбилейному дню, не представлялось возможным, но и не опубликовать его в «Красной звезде», которую Александр Поляков, несомненно, считал родной газетой, было бы неуважительным по отношению к памяти о краснозвездовце-фронтовике.
Приложение – это сброшюрованный и хорошо иллюстрированный обстоятельный биографический очерк «Три войны Александра Полякова», принадлежащий перу корреспондента пензенской газеты «Улица Московская» Евгения Малышева, а также публикации Е. Коноваловой «Военному журналисту Полякову посвящается» (газета «Наша Пенза») и Марины Анфимовой «Памяти Александра Полякова («Улица Московская»).
Сегодняшняя публикация – это сведенное воедино изложение трех упомянутых источников, а также связанных с Поляковым фрагментов книг главного редактора «Красной звезды» военных лет генерала Давида Ортенберга «Июнь – декабрь сорок первого» и «Год 1942». Так что данная публикация вряд ли может претендовать на статус оригинальной и, следовательно, будет справедливым и оправданным перенести на нее заголовок малышевского очерка – «Три войны Александра Полякова».


ПЕРВОЕ, на чем останавливается взгляд каждого, кто входит в редакцию «Красной звезды», это установленная в вестибюле мемориальная доска «Светлой памяти журналистов-краснозвездовцев, отдавших свою жизнь в боях за Родину на полях сражений Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг.». И семнадцать фамилий. Среди них – А.Ф. Поляков. «Красная звезда» несла боевые потери и в, так сказать, мирное время. Рядом на мраморе высечены имена капитана 2 ранга Леонида Климченко, погибшего при испытании новой техники в 1978 году на Тихоокеанском флоте, и полковника Владимира Житаренко, чья жизнь оборвалась в Чечне в 1995 году, в новогоднюю ночь.
Вернемся к Полякову. Его биография типична для выходцев из народа того времени: отец – печник, мать – как бы сегодня сказали – домохозяйка, шестеро детей, старший из которых, Александр, был для младших кем-то вроде второго отца. После школы – Артиллерийское училище имени Красина, одно из лучших в РККА. Служил под началом будущего главного маршала артиллерии Николая Николаевича Воронова. Позже, во время войны, это знакомство сыграет для Полякова, можно сказать, роковую роль, но, как говорится, от судьбы не уйдешь.
А тогда, в начале 1930-х, дослужился до командира батареи. Но тут – несчастный случай. Испытывали на знаменитом Лужском полигоне новые артиллерийские системы, и у одного из орудий разорвало ствол. Комбат Александр Поляков получил тяжелейшую контузию, из-за последствий которой его в 1932 году списали из армии «под чистую».
В 24 года жизнь пришлось начинать сначала. Заведование клубом «дома на набережной» (ныне это московский Театр эстрады) Поляков совмещает с учебой в Коммунистическом университете имени Свердлова. По окончании университета в 1936 году возглавляет агитмассовый отдел агитационной эскадрильи имени Максима Горького. Существовало, оказывается, и такое авиационное подразделение, содержание которого обходилось, видимо, не столь уж и дешево. Но уже по одному этому можно судить, какое внимание уделялось тогда идеологической работе среди населения: той же лошадью как средством передвижения агитаторов, даже автомобилем особенно не удивишь, да и мобильность у них не та. А вот аэроплан! Многие тогда видели его впервые. Чем тебе не пропаганда советской авиации: «Комсомолец, на самолет!» или оборонной мощи Страны Советов.
В «горьковской» эскадрилье судьба сводит Полякова, выпускника факультета журналистики свердловского университета, с известными мастерами пера и плаката. В частности, с главным редактором «Огонька» Михаилом Кольцовым, его братом художником Борисом Ефимовым. К этому времени относятся первые литературные опыты будущего краснозвездовца. В том же 1936 году по свежим впечатлениям от полетов с агитэскадрильей он издает книгу «Подруги крылатых».
УЧАСТИЕ КРАСНОЙ АРМИИ в событиях 1939 года в Западной Украине и Западной Белоруссии за минувшие с тех пор почти семьдесят лет как только не называли – от «освободительного похода» до «агрессивного нападения СССР на Польшу». Все эти оценки давало время. Вернее, люди, жившие каждый в своем времени. Так вот Поляков, незадолго до этого принятый в «Красную звезду» на скромную должность репортера, как человек своего времени, участвуя в той военно-политической кампании, честно отрабатывал свой журналистский хлеб. Результатом пребывания на протяжении всего «похода» в отдельном разведывательном батальоне стала вторая его книжка – «Разведчики в бою».
Не успел Поляков как следует отдышаться в родном пензенском селе Пачелме от одной войны, как тут же ег�� призвали на новую, финскую, или, как небезосновательно ее назвали, и не только по времени года, «зимнюю». Такой суровой зимы в Финляндии не было с 1828 года. Уже упоминавшийся автор «Трех войн Александра Полякова» Е. Малышев нашел в Интернете дневниковые записи командира 2-го армейского корпуса финской армии генерал-лейтенанта Х. Эквиста, из которых следует, что столбик термометра опускался в ту зиму ниже 50 градусов.
Откомандирование Александра Полякова на финскую войну было настолько поспешным, что на Карельский перешеек он поехал, не имея воинского звания: прежнего, которое носил до увольнения, к тому времени уже не существовало в природе, а провести переаттестацию не успели. Так что на петлицах одетого в военную форму корреспондента не было ни знаков различия, ни эмблемы рода войск (на снимке). Однажды в 420-м стрелковом полку в одном из батальонов, в боевых порядках которого находился корреспондент Поляков, погибает комбат. И надо себе представить, каким авторитетом, самообладанием и волей надо обладать, чтобы тебе, формально гражданскому человеку, безоговорочно подчинились бойцы и командиры обезглавленного батальона. Заменив погибшего в бою комбата, Поляков повел роты в атаку и двое суток затем командовал батальоном.
В начале января 1940 года Александра Полякова тяжело ранило в ногу. На самолете его эвакуировали в Москву, где в госпитале он продолжал отписываться за финскую командировку. А в марте за свой боевой подвиг он был награжден орденом Красного Знамени. Награду ему вручал в Кремле сам «всесоюзный староста», председатель Президиума Верховного Совета СССР М.И. Калинин. Михаил Иванович запомнил опирающегося на палочку военного с «чистыми» петлицами и, узнав, что это спецкор «Красной звезды», не раз потом интересовался его судьбой. Поводом чему служили, скорее всего, пахнущие порохом поляковские очерки и корреспонденции теперь уже с третьей войны Александра Полякова – Великой Отечественной.
22 ИЮНЯ 1941 ГОДА старший политрук Поляков встретил в Витебске. К войне он оказался ближе остальных своих коллег. Вечером того же дня по приказу главного редактора он выехал непосредственно на фронт, в знаменитую 24-ю Железную Самаро-Ульяновскую дивизию, которой командовал генерал-майор К.Н. Галицкий. Как пишет Д. Ортенберг,
«26 июня передовые части дивизии столкнулись с 19-й танковой дивизией из армейской группы генерала Гота. Поляков оказался в 300 метрах от гаубичной батареи лейтенанта Попова. Свыше тридцати фашистских танков атаковали ее. Батарейцы повели огонь прямой наводкой. Поляков пробрался к ним. Насчитал перед огневой позицией батареи 18 уничтоженных танков». Разве не напоминает это эпизод из симоновских «Живых и мертвых», когда Синцов приезжает в полк Серпилина и видит перед передним краем нагромождение подбитых немецких танков?
Это совпадение не единственное. Так же, как и Синцов, Поляков попадает в окружение и целый месяц пробивается с дивизией к своим, пройдя с боями более 500 километров. Как и Синцова, его ранят: осколком немецкой бомбы вместе с куском сапога вырвало кусок мышцы. Так что Евгений Малышев, возможно, и прав, считая, что Поляков мог послужить прототипом главного героя романа Константина Симонова. Тем более общеизвестно, что напарника Синцова фотографа Мишку Симонов «списал» с Михаила Бернштейна, близкого друга Александра Полякова.
Там же, в окружении, как пишет Ортенберг, «обезноженный» корреспондент вместе с другими тремя командирами ехал однажды на машине из полка на командный пункт дивизии. По пути напоролись на немцев. А тут, как назло, иссякли остатки горючего. Надо скорее уходить пешком. Поляков же и шага ступить не может. Товарищи предложили вынести его на руках. Он наотрез отказался:
- Проваландаетесь со мной и сами пропадете. Не теряйте времени и идите. Если будет возможность, вернетесь за мной ночью. - И, запасшись гранатами, залег в кустах.
Когда об этом доложили генералу Галицкому, он тотчас же организовал поиски корреспондента, чем и спас его.
Какое-то время Полякова везли на автомашине, потом на повозке, а когда немцы разбили весь транспорт, вместе с остальными бойцами, хромая, шел на восток. И, несмотря ни на что, вел дневник.
Когда вышел из окружения, его дневниковые записи были опубликованы в «Красной звезде», а затем изданы отдельной книгой «В тылу врага», которая была издана во многих странах на 14 языках. Очерки Полякова, по свидетельству Ортенберга, сыграли в своем роде роль «науки побеждать» врага в условиях окружения. Они учили войска в труднейшей обстановке чувствовать себя не обреченными и беспомощными «окруженцами», а «боевой частью, действующей в тылу врага». Именно так оценил эти очерки «окруженец» генерал Галицкий.
Воинский и литературный подвиг Александра Полякова был отмечен вторым орденом Красного Знамени. И этот орден вручал ему опять-таки Михаил Иванович Калинин.
В начале декабря 1941 года Поляков предложил главному редактору сделать необычный репортаж о танках КВ – проследить путь танка и его экипажа от заводского цеха до передовых позиций на фронте. Он сразу же получил согласие Ортенберга и выехал в Челябинск, куда в то время из Ленинграда была эвакуирована часть Кировского завода, выпускающего тяжелые танки.
Командировка длилась почти два месяца. Журналист вместе с танкистами лейтенанта Астахова принимал и осваивал новые машины, а затем в качестве рядового члена экипажа выехал на фронт и участвовал в боевых действиях. Итогом поездки на Урал и на фронт стали восемь больших очерков в «Красной звезде», впоследствии объединенных в книгу «Белые мамонты. История пяти КВ».
Говоря современным языком, это была реклама новых советских танков, реклама советского оружия, вера в которое в значительной мере была подорвана после неудачных сражений лета 1941 года. И надо сказать, танки КВ Поляков рекламировал весьма убедительно. В книге, в частности, приводится трофейный немецкий документ, своего рода «прайс-лист» за подбитые советские танки, согласно которому за Т-34 давали отпуск в восемь дней, а за КВ – четырнадцать.
КОНЕЦ ЛЕТА и начало осени 1942 года Александр Поляков, уже батальонный комиссар, провел на Калининском фронте в районе Ржева, где шли ожесточенные бои. Предыстория этой командировки такова.
В разгар войны создавалась могучая артиллерия – дивизии и корпуса резерва Верховного Главнокомандования. И в одной из встреч с главным редактором «Красной звезды» начальник артиллерии Красной Армии генерал Н.Н. Воронов упрекнул его: газета, мол, мало пишет об этих новых формированиях. Мало того, подсказал, кто, на его взгляд, мог бы об этом профессионально написать: артиллерист Поляков, бывший его подчиненный.
...Обосновался Поляков в полку майора Жигарева. По оценке Ортенберга, все он делал основательно. Журналист бывал на наблюдательных пунктах, ползал вместе с артиллерийскими разведчиками по переднему краю, летал на самолете-корректировщике над немецкими позициями. И как результат – шесть очерков.
Через месяц после их опубликования в Ставке зашел разговор о тяжелой артиллерии, и Сталин заметил, что наши газеты мало пишут о ней. М.И. Калинин, присутствовавший при этом, возразил:
- Как мало? В «Красной звезде» были хорошие очерки.
Принесли Сталину «Красную звезду». Тот полистал ее и предложил «Правде» перепечатать очерки Полякова. Все шесть его очерков «Под Ржевом» со ссылкой на «Красную звезду» появились в «Правде». «К нашему горю, – пишет Ортенберг, – имя автора очерков – Александра Полякова – стояло в траурной рамке. Он погиб на боевом посту. А эти последние очерки, получившие столь большой резонанс, были как бы памятником этому мужественному, храброму и талантливому журналисту».
Остается только догадываться, почему Давид Иосифович о смерти Полякова сообщил в общем-то нейтральной фразой: «Погиб на боевом посту». Может, полагая, что читатель сочтет смерть военного корреспондента не героической, если она наступает не в бою и не от пули.
Но «стыдиться» своей смерти Полякову не приходится. Вот как о ней пишет Евгений Малышев: «Под Ржевом Александру Полякову пришлось участвовать в корректировании артогня не только с самолета, но и с аэростата. Аэростат был подбит, и во время экстренного спуска Поляков сильно ударился о землю, получив еще одну контузию. В госпиталь он идти отказался. Вернувшись в Москву, Александр Поляков пришел в редакцию, закрылся в кабинете, чтобы спокойно работать... Смерть наступила внезапно, от кровоизлияния в мозг».
100-ЛЕТИЕ со дня рождения Александра Полякова стало в Пензе заметным событием. Оно широко было отмечено в местных СМИ. В гарнизонном Доме офицеров состоялась посвященная знатному земляку выставка. Наряду с фотографиями, картами-схемами боевых действий, участие в которых принимал военный корреспон��ент Поляков, макетами боевой техники времен Великой Отечественной на ней представлены семейные реликвии Поляковых – книги Александра Филатовича и летный шлем, который в 1936 году, еще девочкой, ныне здравствующая Таисия Филатовна выпросила у старшего брата, когда тот на агитсамолете «Крокодил», названном так в честь популярного сатирического журнала, прилетал в родное село Пачелму.
К юбилею было приурочено проведение конкурса, инициированного фондом «Гражданский союз» и родными Полякова. К слову сказать, одним из организаторов выставки – если не главным – был 14-летний Олег Арзамасцев, мечтающий выпустить книгу о своем знаменитом родственнике. На конкурс были представлены 26 журналистских работ о российских Вооруженных Силах. Первое место за очерк «Три войны Александра Полякова» было присуждено Евгению Малышеву, второе – занял журналист газеты «Кузнецкий рабочий» Геннадий Штурмин.
Отрадно, что журналиста-краснозвездовца помнят не только в семье, где главными хранителями памяти считаются сестра Александра Полякова Таисия Филатовна и ее внук Олег (на снимке), но и земляки-пензенцы, которые находят для этого и время, и средства.

Арзамасцев Павел Владимирович (1957 г.р.)
Арзамасцев Олег Павлович (1994 г.р.)
Малышев Данила Дмитриевич (1996 г.р.)